Каждая переведённая книга –
это ещё один кирпичик, заложенный
в здание человеческой культуры,
послание и призыв к будущему, в котором
не должно быть места вражде и войнам.
Е. Николова[1]
* * *
Говорят, когда в конце Второй мировой войны американцы приказали Японии сдаться, японский премьер-министр Кантаро Судзуки ответил коротко: «Mokusatsu». То есть: «Мы подумаем», «Без комментариев». Но в процессе перевода ответ Судзуки стал звучать как: «Нам решать» – или вовсе: «Мы отвергаем».
Оскорблённый президент Гарри Трумэн отдал приказ: бомбить.
Переводчики промахнулись, а лётчики – нет: ядерные бомбы «Малыш» и «Толстяк» скинули на Хиросиму и Нагасаки. От сотен и сотен людей мгновенно остались лишь тени на камне. Ещё многие тысячи получили лучевую болезнь и сгорели в мучениях. Всего от двух ядерных взрывов погибло тогда 160 тысяч мирных граждан.
Скорее всего, «Малыш» и «Толстяк» всё равно были бы сброшены, что бы ни ответил Судзуки. Но не поспоришь с тем, что наука понимания других – одна из важнейших. Без неё непросто выжить на странной планете Земля.
Понимание – наука тяжёлая. Хотя, казалось бы, сейчас её можно отдать ИИ – в сети полно онлайн-переводчиков на любой вкус. Но в том-то и дело – не на любой. Уверена, в переводе текста литературного искусственный интеллект вряд ли когда-нибудь сможет обогнать человека.
Ещё в 1970-е годы программисты провели эксперимент, дав компьютеру перевести простейший вид литературного текста – пословицу: «С глаз долой из сердца вон» на английский язык. Прожевав перфокарты, аппарат выдал буквальный перевод: «Out of sight out of mind». Эту фразу загнали обратно в машину и получили кальку на русский: «Вне поля зрения вне памяти». А, будучи переведённой вновь на язык Шекспира и Бёрнса, фраза превратилась в «The invisible idiot» – «Невидимый идиот».
Но, конечно, когда мы занимаемся литературным переводом, наша задача не в том, чтобы соревноваться с ChatGPT. Мы противостоим ксенофобии, утверждаем: «Другой – это не значит плохой. Думающий и пишущий на ином языке – далеко не обязательно враг».
Да, ксенофобия была полезна тысячи лет назад, способствуя сохранению отдельного племени. Тогда горсткам представителей нашего вида, затерянным в лесах или в песках, стоило опасаться всякого чужака. Но с тех пор, с одной стороны, уже прозвучала Нагорная проповедь и состоялось служение апостола Павла «и эллину, и иудею», а с другой, – учёные доказали нежизнеспособность замкнутых популяций, продемонстрировали развитие процессов стагнации в условиях изоляции отдельных народов.
А главное осознать: стремясь понять другого, мы лучше понимаем себя. Одушевляя другого – одушевляем себя. Очеловечивая того, кого массы стремятся обозначить как условного «чурку», – очеловечиваем себя.
Чтение по следам
Художественный перевод напоминает расшифровку цепочки следов, оставленных на снежной странице. Ведь чтение по следам отличается от обычного чтения как зрелая любовь от подростковой любви. Обычное чтение – удовольствие, приключение, удовлетворение потребностей; читатель смотрит в книгу и видит себя – так юные влюблённые ищут своё отражение друг у друга в глазах. А чтение по следам – кропотливое постижение тайны, осторожный – по полшага – поиск дороги, ведущей к познанию. Медленный, сложный труд без гарантии результата. Не зря сказал Лютер: «Переводом способен заниматься не каждый, как это думают глупые святоши. Для этого нужно иметь верное, усердное, благоговеющее, отзывчивое, опытное, обученное, чувствительное и доброе сердце».
Литературный – особенно поэтический – перевод, конечно, не ремесло. С ним всё не так просто, как кажется со стороны. Ученическая, несамостоятельная, рабская копия подлинника не может стать произведением искусства – тем, что исцеляет душу. И, значит, не имеет смысла. Но яркая, вдохновенная работа над переводом таит ловушку – мощь личности, стремнина таланта может увести переводчика в сторону от оригинала. В этом парадокс – только талантливый и сильный поэт способен сделать достойную работу, но его талант будет пробиваться сквозь оригинал, увлекать за собой. И мы получаем не одного поэта на новом для него языке, а сразу двоих.
Однако парадокс исчезает, если понять: перевод – это любовь, одно из земных её воплощений. Это творческий – творящий! – союз автора и переводчика. Подобно тому, как муж и жена, изначально не родственники по крови, становятся двумя половинами единого целого с рождением ребёнка, так два поэта – две самостоятельные личности – становятся единым целым ради прихода стихотворения в новый мир, в мир нового для него языка, новой культурной среды. По сути, переведённое стихотворение заново рождается в другом народе. И чем больше настоящей любви в этом союзе, тем прекрасней «дитя». Бывает союз поэта и переводчика на короткое время – иногда на одно стихотворение, на два – но что не временно в нашем подлунном мире…
Тут важно понять: да, переводчик влияет на поэзию, за которую взялся, вливает в неё свою лексику, свой темперамент, он пишет всё равно всегда «про себя», но процесс «вливания» обоюдный – и переводимая поэзия проникает в кровь переводчика, и «про себя» в исполнении большого поэта – это всегда «про нас», про каждого читающего, про любого представителя Homo sapiens. Ведь не только переводимый поэт и переводчик связываются единой кровеносной системой, но и все люди, и весь мир. И установление общей кровеносной системы – непременная миссия всякого большого поэта.
Традиции российской школы художественного перевода
В эпоху позднего СССР в истории русского художественного перевода, которому наследовал и советский, выделяли пять основных периодов, соответствующих пяти периодам истории всей классической русской культуры. В XVIII веке переводчики приспосабливались к привычкам отечественного читателя, вдохновенно перекраивая реалии, имена и так далее на родимый манер. В эпоху романтизма – стремились к точной передаче иноязычных образов и форм. Реалисты XIX века вернулись к вольному переложению. Модернизм начала ХХ века стал расцветом буквалистского перевода. А советские переводчики вновь стали приспосабливать творения иностранных писателей к звучанию и образам, привычным для родной читающей публики.
С 1950-х годов в Советском Союзе возрос интерес к переводу с иностранных языков и с языков народов, входящих в СССР. Начали открываться высшие курсы по переводу, специализированные вузы, отдельные факультеты и кафедры, воспитывающие переводчиков. В 1955 году был основан журнал «Иностранная литература»… Художественный перевод постепенно стал верным куском хлеба и даже бутербродом с икрой и маслом. За него принимали в Союз писателей, давали дачи в Переделкине, квартиры, хорошие гонорары. В итоге появилось много талантливых, творческих переводов, органично вписавшихся в русскую литературу. Английские, скандинавские, французские, испанские и прочие писатели стали в самой читающей стране «своими в доску». При этом повально переводились на русский язык произведения представителей национальных республик, входящих в состав СССР.
Выдающийся советский учёный и переводчик, академик Михаил Леонович Гаспаров объяснил такие перепады в переводческом деле неравномерностью процесса распространения образования и развития культуры: «В нём чередуются периоды, которые можно условно назвать “распространением вширь” и “распространением вглубь”. “Распространение вширь” – это значит: культура захватывает новый слой общества, быстро распространяется в нём, но распространяется поверхностно, в упрощённых формах, в самых элементарных проявлениях – как общее знакомство, а не внутреннее усвоение, как заученная норма, а не творческое преобразование. “Распространение вглубь” – это значит: круг носителей культуры остаётся тот же, заметно не расширяясь, но знакомство с культурой становится более глубоким, усвоение её – более творческим, формы её проявления – более сложными. Говоря “знакомство с культурой”, “усвоение культур”, мы имеем в виду, в частности, и знакомство с иноязычной культурой – ибо развитие национальной культуры непременно сопровождается всё более органическим врастанием национальной культуры в общечеловеческую…»[2]
В 1970-х годах в СССР вновь произошло «распространение вширь» – осталось мало домов, где не было бы книжных полок, за литературными новинками шла настоящая охота, тиражи литературных журналов зашкаливали за миллион. Советские школьники восторженно «заглатывали» том за томом, советские студенты часами могли читать стихи наизусть, советские граждане разговаривали цитатами из любимых книг. Но уже отчётливо наметился процесс «распространения вглубь» – то здесь, то там в огромной стране светились в ночи одинокие окна, за которыми шёл самоотверженный труд по постижению тайны, спрятанной в том или ином литературном или историческом тексте.
С падением Советского Союза традиции художественного перевода, впрочем, как и традиции в российской литературе вообще, были нарушены.
Традиции литературного добрососедства
То, что сейчас происходит на молодёжных совещаниях, семинарах и фестивалях, – это, на мой взгляд, очередное упорядочивание литературного процесса. Причём я оцениваю происходящее как движение вглубь – к всё большему профессионализму. А профессиональный литературный процесс не может существовать изолированно: без встраивания в общемировой – с одной стороны, а с другой – без включения в себя достижения литератур народов РФ. То есть без обогащения переводами.
Зачем сегодня молодому литератору браться за перевод? Пока нет чёткой системы, как в СССР, можно говорить только о творческом азарте. У того, кто берётся за литперевод, происходит обогащение словаря, писательского инструментария; расширяется кругозор. Но возможно ли вообще построение именно системы литературного перевода в современной – капиталистической – России?
Тут два очевидных пути – просветительский труд на голом энтузиазме и/или обращение за помощью к госструктурам и грантодателям.
Что пробуем сделать мы – наша писательская организация в Башкортостане и журнал «Бельские просторы», идущие вперёд в неизменном тандеме?
Первое: с 2008 года журнал начал искать заинтересованных переводчиков с помощью конкурса перевода одного стихотворения. На творческое состязание в разные годы были предложены образцы творчества Раиса Туляка, Мустая Карима, Шайхзады Бабича, Рашита Назарова, Рамзили Хисаметдиновой, Гильмана Ишкинина и других. Конкурс проводился десять лет подряд ежегодно, в нём участвовали несколько сотен человек, его лауреаты пополнили ряды переводчиков. И теперь, войдя во вкус, многие русскоязычные писатели Башкортостана активно занимаются художественным переводом.
Также традиционно июньский номер журнала «Бельские просторы» отдаётся под переводные тексты. Редакция принимает радостно и охотно все переводы хорошего качества.
Благодаря комплексу мер, принимаемых журналом «Бельские просторы», постоянно растёт число авторов, чьи работы печатаются в переводе на русский язык, в первую очередь, башкирских писателей – как признанных, так и молодых. Причём, подавляющее большинство переводных произведений доносятся журналом до русскоязычного читателя впервые.
В 2019 году первая группа молодых башкирских поэтов приняла участие в ежегодном Международном молодёжном литературном фестивале «КоРифеи», проводимом при поддержке Союза писателей Башкортостана.
В 2020 году, объявленном в нашей республике Годом башкирского языка, фестивальная программа по переводу расширилась. Она началась с мастер-класса известного поэта, переводчика, культуролога и педагога Нины Ягодинцевой (Челябинск) «Искусство создания подстрочного перевода». Мастер-класс транслировался из зала Национальной библиотеки имени А.-З. Валиди в социальные сети, его посмотрело более 2 000 человек.
Тогда же в рамках Всероссийского совещания Совета молодых литераторов под руководством Нины Ягодинцевой и уфимского писателя, переводчика Вадима Богданова работал семинар «Художественный перевод», в котором приняли участие молодые литераторы из Москвы, Элисты, Ульяновска, Кушнаренково и Давлеканово.
Главном событием фестивальной программы для переводчиков в том году стал конкурс, организованный главным редактором журнала «Акбузат», известным башкирским писателем и поэтом Ларисой Абдуллиной. Возглавляемая ею редакция подготовила подстрочники стихотворений, написанных башкирскими школьниками на конкурс имени Расимы Ураксиной (в честь 70-летия поэтессы); во время трёхдневного Совещания молодых литераторов по этим подстрочникам молодые поэты России и некоторые из мастеров сделали переводы на русский язык. Они печатались в №№ 11, 12, 2020 и №№1,2 2021 год журнала «Бельские просторы». А после вышли отдельным красочным сборником на двух языках.
По результатам фестиваля была основана подростковая мастерская литературного перевода (как филиал Всероссийской литературной школы «КоРифеи»), для начала, на базе башкирской гимназии-интерната №3 (Давлеканово), где собралась группа школьников, желающих попробовать свои силы в переводе с башкирского языка. Об этом проекте расскажу подробней чуть позже.
Таким образом, что мы в Башкортостане можем предложить для развития системы художественного перевода без финансирования: публикации переводов в журнале «Бельские просторы»; семинары по переводу в программе ежегодного фестиваля «КоРифеи» и, соответственно, совещаниях молодых литераторов СПР; лекции и мастер-классы по литпереводу в онлайн или очном формате.
С приходом на пост председателя Союза писателей Республики Башкортостан молодого писателя Айгиза Баймухаметова возник плодотворный контакт с республиканскими госструктурами.
В результате в 2023 году состоялся конкурс художественного перевода «На земле Салавата», привлёкший небывалое внимание к литературе республики. За три месяца в половине субъектов Российской Федерации – в сорока с лишним из восьмидесяти девяти – познакомились с произведениями профессиональных писателей РБ, пишущих на башкирском и татарском языках. И не просто познакомились, но и захотели переводить на русский язык. «Ваш конкурс дал мне много творческих сил и вдохновения!» – так написала, например, Светлана Петровская из Сочи, присылая свой вариант перевода.
Республика Крым и Красноярский край, Адыгея, Бурятия, Удмуртия, Якутия и так далее – география конкурса «На земле Салавата» впечатлила. Переводы стихотворений и прозы писателей из нашей республики прислали из Москвы, Санкт-Петербурга, Волгограда, Иркутска, Ростова-на-Дону, Новосибирска, Екатеринбурга, Можги, Брянска, Луганска… – всего более шестидесяти человек из сорока пяти населённых пунктов. И это не считая Башкортостана и Татарстана. Более того, в конкурсе приняли участие несколько человек из Беларуси, Казахстана, Норвегии и Турции. Всего на него поступило 190 заявок. Из них 71 – от жителей Башкортостана, 48 – от жителей Татарстана, 6 – от граждан других стран, остальные – из разных субъектов РФ.
«Уважаемые организаторы Конкурса «На земле Салавата»! – написала Валентина Никитина из белорусского города Клинчева. – Огромное спасибо за возможность прикоснуться к вашей культуре, больше узнать историю вашего народа. Спасибо за предоставленную возможность думать, фантазировать, представлять и, конечно, сочинять. Передаю свою признательность за то внимание, которое мне было уделено, за отзывчивость, человечность Союзу Писателей Башкортостана. Я убеждена, что здесь проигравших не будет! И буду очень рада, что русская литература пополнится чудесными башкирскими и татарскими произведениями, а читатели, как и я, откроют для себя произведения талантливых авторов».
В 2024 году реализуется литературно-просветительский проект по переводу произведений писателей Башкортостана «Соседи по огню». По его итогам в начале 2025 года будет издано пять книг в номинациях: «Крупная проза» (перевод романа, повести), «Сборник прозы» (перевод рассказов, эссе), «Поэзия» (перевод стихотворений, поэм), «Лучшее произведение для детей и юношества», «Классик» (перевод произведений классика литературы Башкортостана). Издательский фонд проекта – 1 500 000 рублей.
«У башкир есть тёплое выражение “сосед по огню” – так называли соседа, к которому можно было в любое время обратиться за горячим углём, если вдруг погас огонь в очаге, – пояснил председатель Союза писателей Республики Башкортостан, депутат Госсобрания – Курултай – Республики Башкортостан Айгиз Баймухаметов. – Сегодня огонь литературы Башкортостана горит в полную силу, но из-за отсутствия поддержки переводчиков не греет русскоязычных читателей. Мы надеемся исправить эту ситуацию и восстановить традиции литературного добрососедства».
«Кругосветка волшебников»
Мы у себя в республике поняли, что процесс возрождения системы литературного перевода в стране необходимо начинать с опережением – с работы с подростками.
Ведь пониманию можно и нужно учиться – чем раньше, тем лучше. В национальных республиках малыши-билингвы сразу впитывают языки и папы, и мамы. Или – бабушки и родителей. Считается, у билингвов с младенчества нейронные связи в мозгу работают в полную силу. Однако, знать языки, даже несколько, ещё не значит уметь понимать. Пониманию учат не простые слова, а, скажем, «волшебные» – которыми пишутся книги.
Переводы поэзии, прозы – не просто творчество, а со-творчество: освоив навыки литературного перевода, можно научиться читать и мир вокруг, и других людей, и себя. Когда переводишь, растёт словарный запас, развивается интеллект, расширяется кругозор. Люди другой культуры – странные и непонятные – становятся понятней и ближе. Снижается уровень злобы и агрессии в мире. Кроме того, литперевод – это очень интересно и весело. Это – всегда состязание.
С пониманием этого появилось ответвление всероссийской литшколы «КоРифеи» – экспериментальная мастерская литературного перевода «Кругосветка волшебников».
Итак. Благодаря проекту Кругосветка волшебников» у подростков расширяется кругозор, что, безусловно, важно для взрослеющего гражданина.
Не менее важна задача воспитания у подрастающего поколения навыков взаимопонимания, установления межличностного и межкультурного диалога, поскольку в подростковой среде сейчас высок уровень агрессии, в том числе конфликтов на национальной почве.
Также школьникам становится всё сложнее выражать свои мысли письменно и создавать полноценный развёрнутый текст, а «пишущим» школьникам – быть услышанными и получить квалифицированную помощь в реализации и раскрытии своего творческого потенциала.
Проект мастерской литперевода направлен на решение этих проблем – на формирование у подростков общероссийской гражданской идентичности, на укрепление межкультурных связей и взаимоуважения между народами России, на развитие системы литературного перевода в стране. Он призван популяризировать современную многонациональную литературу и культуру России в подростковой среде, развивать читательскую и творческую активность школьников, формировать в подрастающем поколении чувств патриотизма, любви и уважения к родному краю, к разнообразному культурному наследию России, к художественному слову; формировать умения и навыки для полноценной творческой самореализации. Введение в работу педагога, работающего с одарёнными подростками или с представителями молодёжи, элементов метода художественного перевода существенно обогащает творческий инструментарий учащихся, помогает пониманию самой сущности литературного творчества. У того, кто берётся за литературный перевод, происходит обогащение словаря – растёт лексический запас и умение его применить на практике.
Кроме того, у детей закрепляется мотивация к изучению как русского, так и родного (для учащихся школ в национальных республиках), и иностранного языков на достаточном уровне.
Для участия в первой мастерской собралось более тридцати одарённых подростков из Уфы, Челябинска, Мурманска, Тобольска, Сыктывкара, Давлеканово, Дюртюли и других населённых пунктов.
Подростки занимались на мастер-классах маститых российских писателей и переводчиков, слушали лекции, знакомились с достопримечательностями и культурой Башкирии, посещали музеи, катались на катере. Пробовали свои силы не только в переводческом деле, но в изготовлении пиццы в детском развлекательном центре в Уфе и в гончарном деле в давлекановском краеведческом музее. Для них звучали композиции на курае и на саксофоне, песни, стихи на башкирском, русском, осетинском и коми языках…
Детей на три дня приняла Давлекановская гимназия-интернат №», а в следующем году к проекту подключился БГПУ имени М. Акмуллы, предоставив для мастерской свою учебную базу в «Салихово». Поскольку финансирование так пока найти и не удаётся, российские поэты-переводчики самостоятельно приезжали поддержать проект, присоединившись к уфимцам. Настоящие подвижники: Илья Виноградов (Мурманск), Анастасия Сукгоева (Сыктывкар), Константин Комаров (Екатеринбург), Ксения Аксёнова (Липецк), Юрий Татаренко (Новосибирск).
Важно, что по итогам работы мастерской сформировано пособие для педагогов, занимающихся с одарёнными детьми по методике преподавания теории и практики художественного перевода как развивающей и просвещающей формы творчества. Ведь современные тенденции в образовании требуют от выпускника школы всесторонне развитого мышления и воображения. Согласно ФГОС, учитель должен формировать дружелюбное и толерантное отношение к ценностям иных культур; совершенствовать иноязычную коммуникативную компетенцию; расширять и систематизировать знания о языке, лингвистический кругозор и лексический запас, а также обязан создавать основы для формирования интереса к иностранному языку. Иными словами, педагогам необходимо воспитывать личность, готовую к межкультурной коммуникации. С помощью «игры» в литперевод всё это реализуется максимально эффективно.
Но, напомним, данная работа нужна не только для лингвистического развития обучающихся, Вовлечение молодых литераторов и школьников в процесс художественного перевода также важно и для оптимизации межнациональных отношений, предупреждения языковых конфликтов и формирования толерантного отношения к языкам.
Лучшие выполненные детьми в мастерской переводы опубликованы в журнале «Бельские просторы».
Подобный проект состоялся в России впервые, и не случайно местом его реализации выбрана Республика Башкортостан, в которой мирно соседствуют представители десятков разных национальностей и накоплен богатый опыт межкультурного диалога.
«Язык дождя» в «Большом стиле»
Важно, что программа, опробованная в экспериментальной мастерской литературного перевода «Кругосветка волшебников», рассчитана не только на т. н. одарённых детей. Она универсальна и по возрасту, и по уровню подготовки и легко разбивается на отдельные мастер-классы, хотя за три года уже выстроен целый курс. Это, по сути, игра, квест, по итогам которого человек становится другим – более гармоничным и цельным.
Программа по преподаванию приёмов художественного перевода школьникам и молодёжи:
– аккумулирует исторический и нравственный опыт человечества с помощью изучения лучших образцов мировой литературы,
– отображает современность в её многообразии, соотнося её с традиционными ценностями, особенно выраженным в культуре народов России,
– позволяет творчески моделировать будущее, выделять в нём приоритеты и предупреждать об опасностях: противостоит ограниченности и ксенофобии, задаёт вектор осмысленного движения в русле современной литературы. Когда человек получает понимание, что он не просто пишет, а гармонизирует мир и себя в нём, он с большей осознанностью относится к лит творчеству.
Педагогическая целесообразность и научная обоснованность программы обусловлены взаимосвязью и синтезом культурологического, компетентностного и личностного подходов, игровым освоением навыков целостного смыслотворения через создание образов и сюжетов, самореализации автора в различных видах и жанрах словесного творчества.
Поэтому презентация проектов по организации системы художественного перевода, реализуемых в Республике Башкортостан, стала частью Всероссийской Конференции литературных критиков и литературоведов «Большой стиль», состоявшейся в Москве в первой декаде сентября: в рамках программы по развитию целостной личности «Молодой Пушкин» в МГИКе и на круглом столе ведущих российских переводчиков «Система художественного перевода в России: проблема методики и организации» в Литературном институте имени Горького.
Конференция «Большой стиль» запустила масштабный процесс осмысления современной литературы, объединила литературных критиков, литературоведов и педагогов для решения общих задач и ответов на исторические вызовы, стоящие перед литературой и наукой.
Помимо презентаций наших проектов на мастер-классе во МГИКе с начинающими переводчиками было сделано несколько упражнений из программы по преподаванию приёмов художественного перевода школьникам и молодёжи.
Такое, к примеру, как «Понять язык дождя». Каждый участник мог представить свой собственный «дождь», вслушаться мысленно, что тот сообщает, и передать «послание» дождя подходящими, по мнению выступающего, звуками. А все остальные пытались понять, о чём говорит этот дождь.
То есть предлагалось попытаться понять того, кто не просто не говорит на твоём языке, а старается донести нечто важное вовсе без слов. Ведь искусство переводчика не только в знании языка – зачастую перевод выполняется с подстрочника, – а больше в интуиции. Когда, допустим, мама, движимая любовью, вслушивается в лепетание младенца, она понимает то, что другим кажется набором звуков. То есть первое движение – попытаться выйти из своего «я» и попытаться проникнуть в чужое, сделав его своим. Стать дождём. Это и первый шажок к смирению и, соответственно, к любви. Но не только: это поиск точки соприкосновения, сопереживания внутри себя.
Что происходит во время этого упражнения? Вслушиваясь в воображаемый дождь, человек вслушивается в себя и слышит то, что ему важно услышать в этот момент. Это и о природе любви: отражённый от любящих глаз луч высвечивает внутренний мир человека. В любви мы становимся самими собой – такими, какими мечтаем стать, какими мы задуманы изначально.
Очень важно было донести до участников мастер-класса во МГИКе, что наука перевода – это, по сути, наука любви – пробивание из скорлупы одиночества, из замкнутого мира, где только «Я» в мир другого. И ориентир на этом пути – биение чужого сердца.
[1] Президент литературной комиссии Международной федерации переводчиков (ФИТ) в 1980-х гг. Цит. по кн.: Поэтика перевода : сборник : пер. с разных яз. / сост. С. Гончаренко ; предисл. Е. Николовой. – Москва : Радуга, 1988. С. 10.
[2] Гаспаров М. Брюсов и буквализм // Поэтика перевода : сборник : пер. с разных яз. / сост. С. Гончаренко ; предисл. Е. Николовой. – Москва : Радуга, 1988. С. 57.
Добавить комментарий